Тихая Весна-3, или Молчание Пчел: часть 3 (окончание)
Все эти данные объясняют сложность и многомерность проблемы – а также состояние плохо скрываемой паники со стороны пчеловодов, ученых и членов комиссии. На фоне этого, заявления отдельных экспЭртов о том, что «пока рано делать определенные выводы» или что «возможные последствия пока трудно предсказать», выглядят усилиями пиарщика из руководства Титаника, который сразу после столкновения с айсбергом ходит по каютам и уверяет пассажиров, что ничего особенного не случилось. Точно также мутят воду абсурдные заявления некоторых блоггеров о «вознесении» пчел или их похищении инопланетянами (я не шучу!).

Между тем, если что-то не будет сделано УЖЕ СЕЙЧАС, последствия будут ужасны. Можно «не верить» в глобальное потепление или пик нефтедобычи – но пчелы уже по крайней мере один раз доказали верность слов Эйнштейна. По материалам из последнего норема журнала National Geographic, освоение американского континента колонистами не было бы возможно без ... пчел. Местные виды пчел не формируют крупные колонии, не производят мед в промышленных количествах и привередливы в опылении, предпочитая узкий набор видов растений. Напротив, европейская пчела довольно агрессивна в освоении экосистемы и опыляет все подряд. Именно несколько ульев, привезенных в Виргинию английскими колонистами, положили начало местной популяции пчел и подготовили ландшафт к массовому внедрению плодово-ягодных и кормовых культур. В отсутствии пчел фольклорный герой Джонни Яблочное Семечко не вырастил бы ни единой яблони, и о полях люцерны и клевера для домашнего скота не было бы и речи. Деятельность этих скромных работяжек лежит в основе современного сельского хозяйства и цивилизации – а разрушать, к сожалению, всегда гораздо легче, чем создавать.

Грозящее пчелам исчезновение также напоминает нам о фундаментальной связи всего живого. Если пчела – слабое звено в сети экологических взаимоотношений, то за его коллапсом последуют и остальные. Мы, люди, дышим тем же воздухом, пьем ту же воду, едим ту же трансгенную кукурузу и яблоки с посыпанных пестицидами деревьевЮ и жарим себе мозги теми же мобилками. И точно также прогибаемся под воздействием загаженной окружающей среды: количество сложных аллергий, грибковых, дегенеративных и аутоиммунных заболеваний в нашей популяции растет с каждым годом. Если видеть большое в малом, а малое в большом, то сейчас самое время остановиться и задуматься, как жить дальше. А для этого стоит освежить в памяти события недавней истории.

Вышедшая в 1962 книга «Тихая Весна» Рэйчел Карсон сделала достоянием общественности вред пестицидов, особенно ДДТ, для окружающей среды. Карсон показала, как ДДТ попадает в водные резервуары и цепи питания, накапливаясь в жировых тканях животных и человека и вызывая проблемы со здоровьем. Слабым звеном в системе перед лицом этого воздействия оказались крупные хищные птицы. Под влиянием ДДТ скорлупа их яиц истончалась, яйца легко разбивались, и родители не могли высидеть птенцов. Это привело к резкому сокращению численности птиц. Под влиянием общественного резонанса от книги Рэйчел Карсон в США были введены ограничения на использования пестицидов, а ДДТ был запрещен в 1972 г. Также были налажены государственные программы восстановления численности пострадавших от него птиц (белоголового орла, скопы), которые в настоящее время увенчались успехом.

Экологическую катастрофу – «тихую весну» без пения птиц – удалось предотвратить своевременными действиями и, что немаловажно, изменением общественного сознания. Люди поняли, насколько экосистема уязвима перед техническим прогрессом. Пришло осознание того, что более грамотным и ответственным подходом будет тщательное исследование влияния любого нововведения на окружающую среду – и иногда надо будет ограничить достижения прогресса ради здоровья экосистемы.

По словам Гэри Кролла, профессора истории, книга Рэйчел Карсон переопределила науку экологию как «”подрывную дисциплину” -- перспективу, идущую против материализма, сайентизма и технологического контроля природы». Так родилось «движение зеленых» -- активизм за защиту окружающей среды.

Мы находимся на пороге второй «тихой весны» -- на этот раз без жужжания пчел. Для того, чтобы предотвратить ее, необходимо возрождение движения за защиту окружающей среды – как движения, основанного на четких научных данных и НЕОБХОДИМОСТИ ИЗМЕНЕНИЙ в нашем подходе к природе перед лицом ОСТРОЙ НАСУЩНОЙ ПРОБЛЕМЫ. Истеричного обливания красками модных шуб – в то время, когда грантовые деньги уходят в никуда, площади национальных парков неуклонно сокращаются под влиянием индустриальных лобби, а сами парковые рэйнджеры получают университетские степени по «wildlife management» (управление дикой природой) – уже недостаточно; более того, это является профанацией первоначальных «зеленого активизма». Природа в очередной раз напоминает нам, что она не поддается управлению.

Можно также себе представить, каким монументальным будет противостояние со стороны крупных компаний, если дело дойдет, тэскэть, до драки за будущее пчел – история этому тоже учит. Книга Карсон в свое время тоже «подрывала» прибыли и влияние крупных производителей пестицидов и химикатов. В ответ, гиганты химической индустрии – Монсанто, Американ Цианамид -- организовали настоящую травлю Рэйчел Карсон, понося ее в СМИ и профессиональных журналах и угрожая судебными разбирательствами. Однако книга Карсон была достаточно хорошо подкреплена фактами, и заслужила поддержку многих видных ученых.

Если первоначальные предположения подствердятся и виновниками в гибели пчел действительно окажутся трансгенные организмы или мобильные телефоны, то это будет кризис почище пестицидного. Генетическая инженерия и сотовая связь являются мощными, устремленными в будущее технологиями, ставшие основой нашей жизни и залогом сверхприбылей компаний-производителей. Неслучайно химические гиганды Дюпонт и Монсанто в недавние годы изменили свой фокус в сторону биотехнологий – и заложили тем самым очередной виток истории в своем комнфликте с окружающей средой.

Понятно и то, какими методами будут пользоваться крупные компании: лоббирование, дезинформация, заглушка негативных научных данных, пиар в СМИ, передергивание, переход на личности и лицемерное апеллирование к лучшим чувствам людей. Рэйчел Карсон открыто называли «истеричкой», голословно атакуя ее компетентность. Корпоративное лобби заручилось поддержкой Департамента сельского хозяйства США. Представитель химической индустрии заявил, что «если бы человек следовал учению Мисс Карсон, то мы бы вернулись в Средние века, и вредители, паразиты и болезни опять бы унаследовали землю». На самом деле Карсон даже не призывала к тотальному запрещению пестицидов -- скорее, она была за их разумное ограничение на основании осторожной интерпретации научных данных, и за введение альтернативных (биологических) методов контроля вредителей.

Лицемерная и истеричная риторика, доминирующая критику наследния Карсон со стороны представителей агробизнеса и химической индустрии в наши дни, служит основанием для пересмотра отношения к ДДТ. Представители индустрии обвиняют анти-пестицидную кампанию, инициированную Рэйчел Карсон, в смертях миллионов людей от малярии. ДДТ действительно показал эффективность в контроле малярии в Африке в 60-е годы, но после его запрещения все вернулась на круги своя. Позиция индустрии нашла поддержку среди политических активистов Африки, которые стали яростно обвинять защитников окружающей среды в насаждении ценностей богатых наций среди бедных, и в "предотвращении использования нуждающимися странами тех самых технологий, которые помогли развитым странам стать развитыми, богатыми и свободными от болезней». Этот дебат привел к тому, что в 2006 г. Всемирная организация здравоохранения изменила свою политику: теперь она опять поддерживает использование ДДТ для контроля малярии в странах Азии, Африки и Латинской Америки.

Однако эта забота о здоровье людей – сплошная кажИмость. В дискуссиях о ДДТ доминирует одно выражение – «низкая себестоимость». Да, этот препарат очень дешевый. И очевидно, что ничего ДЕШЕВЛЕ и ЛУЧШЕ за 30-40 лет настороженного отношения к ДДТ химической индустрией изобретено не было. Подозреваю, потому что не сильно старались, и потому что конечным интересом для этих людей все же является прибыль – поскольку то лучшее (но более дорогое), что таки было избретено, вроде пропитанных инсектицидами москитных сеток и биологических методов контроля над личинками комаров, никто бесплатно отдавать не хочет.

Как-то во всей этой ругани затерялся и простой факт, что опрыскивание жилищ изнутри два раза в год и точечное распыление над некоторыми водоемами – это совсем другое дело по сравнению с обрушиванием 80 тонн ДДТ на свободные от малярии поля в США в 1958 г. Для принятия решения необходимо тщательно взвешивать «за» и «против», балансируя риск и пользу, прорабатывать детали и масштабы воздействия, ради того чтобы, в конечном счете, НЕ НАВРЕДИТЬ. Так поступает профессионал, каковым и была Рэйчел Карсон. Гораздо проще охать и ахать о судьбе «бедных африканских детей», покрывая собственную незаинтересованность в их благе и проталкивая глобальные политические решения ради легкой прибыли. Отдельные погрязшие в догматизме активистские организаторы представляют удобного «соломенного оппонента», победив которого, можно дискредитировать все движение.

Возвращаясь к пчелам -- я очень надеюсь, что, решая эту уже ставшую глобальной проблему, мы будем помнить уроки первой «тихой весны». И не побоимся принять радикальные, и в то же время тщательно продуманные, решения, не взирая на фальшивые сигналы и отравляющую риторику людей, заинтересованных только в деньгах и власти. Иначе есть опасность сбиться с курса и сгинуть неведомо где, вместе с пропавшими пчелами.






Официальный сайт, посвященный Синдрому внезапного коллапса колонии и борьбе с ним:

http://maarec.cas.psu.edu/ColonyCollapseDisorder.html